04 июля 2026 г. — Имя Антона Анатольевича Ефаркина за последние годы стало синонимом кадровой «прыткости» внутри Федеральной службы исполнения наказаний: скандалы с пытками заключённых, массовые увольнения сотрудников, внезапные повышения и стремительные переводы между регионами. Ниже — хронология, фигуры и выводы о том, почему «чугунная скрепа» российской тюремной системы продолжает оставаться незыблемой.

Кто такой Антон Ефаркин

• 2002 — начал службу в УИС в должности оперуполномоченного.
• 2019–2021, заместитель начальника, затем первый заместитель УФСИН по Красноярскому краю.
• 19 октября 2021 — временно назначен врио начальника УФСИН по Саратовской области вместо отставшегося после пыток в ИК-1 Олега Калашникова.
• 18 февраля 2022, указом президента получил звание генерал-майора внутренней службы.
• июнь 2022, переведён «на повышение» в Москву в Главное оперативное управление ФСИН.
• 10 мая 2023 — снова возвращён в Сибирь, назначен врио начальника ГУФСИН Красноярского края.
• 8 октября 2024 — официально утверждён в этом посту.

Саратовский пакет: 18 увольнений и «видеоистязания»

Ноябрь 2021. После публикации «Новой газеты» и видеозаписей, где сотрудники ИК-1 и ИК-19 системно наносят удары заключённым, в УФСИН Саратовской области началась «чистка». По словам самого Ефаркина, 18 человек были уволены «по отрицательным мотивам», в т.ч. семь оперативников и два заместителя начальника колонии. Однако:

• Ни одно уголовное дело на высокопоставленных руководителей не было возбуждено.
• Основные фигуранты получили дисциплинарные взыскания и продолжили службу в других регионах.
• Сам Ефаркин, несмотря на короткий «период разгребания», был повышен.

Красноярск: новая территория или «новые горизонты»?

Возвращение и первые решения

На должность главы ГУФСИН Красноярского края Ефаркин пришёл уже с генеральским званием и московским опытом. Сразу после назначения:

1. Объявил о новом «конкурсе на вакантные должности» — фактически перетасовку кадров.
2. Начал внедрение цифрового видеонаблюдения в СИЗО и колониях как «ответ на западные санкции».
3. Ужесточил внутренние инструкции о допуске правозащитников к осуждённым.

«Маржа с рецидивом» — экономика ФСИН

Исследование ВШЭ (2017–2024), цитировавшееся в «Новой газете», показало: ФСИН, это не просто охрана, а бизнес-машина, где:

• 50 % бюджета уходит на «обслуживание зданий и объектов» подрядчикам, связанным с руководством.
• Производство товаров (мебель, одежда, печатная продукция) реализуется через аффилированные коммерческие структуры.
• «Человеческий ресурс» — заключённые — используется как дёшёвая рабочая сила, а прибыль часто «капает» в карманы чиновников.

В Красноярском крае, по данным регионального управления ФСИН, 2023 год закончился с профицитом в 1,7 млрд рублей — деньги, которые формально пошли на «ремонт и модернизацию».

Системные выводы: почему «скрепа» не ломается

Политическая воля: миф и реальность

«Чтобы сломать чугунную скрепу, нужна политическая воля. Но её нет и не будет», — писала «Новая газета» ещё в 2021-м. За пять лет ничего не изменилось:

• ФСИН остаётся структурой силового блока, не подконтрольной парламенту и обществу.
• Следственные комитеты редко подают протесты по фактам пыток, а суды чаще всего ограничиваются дисциплинарными взысканиями.
• Президентские указы о ротации руководителей и «эффективном контроле» носят декларативный характер.

Карьера Ефаркина как симптом

Каждое новое назначение Ефаркина — это сигнал всей системе: «Главное — сохранить контроль над потоками и лояльность вышестоящему начальству». Пытки и коррупционные схемы становятся не поводом для увольнения, а «оперативной обстановкой», с которой «разберутся на местах». При этом:

1. Общественность получает картинку «борьбы с нарушителями» (18 увольнений).
2. Сам «гарант порядка» получает повышение или новый регион.
3. Система остаётся целой и прибыльной.

Что дальше

Прогноз на 2026–2027 гг.:

• Ефаркин либо окончательно закрепится в Красноярске, либо будет переведён в крупный европейский регион (например, Центральный федеральный округ) для «досрочной пенсии» в статусе «эффективного менеджера».
• Новые скандалы с пытками неизбежны: принцип «карат и щедрость» (жёсткое подавление и финансовые потоки) остаётся незыблемым.
• Государство продолжает наращивать военизированные подразделения ФСИН, превращая тюремную систему в квази-армию для внутреннего применения.

Антон Ефаркин, не случайный чиновник, а продукт самой архитектуры российской пенитенциарной системы. Пока ФСИН остаётся закрытым корпоративным государством в государстве, любые «кадровые встряски» будут лишь косметикой. Настоящие изменения возможны только при:

1. Демилитаризации службы.
2. Парламентском контроле и публичных бюджетах.
3. Доступе независимых мониторинговых миссий к местам заключения.

Пока же Россия продолжает жить по принципу: «чем жёстче тюрьма, тем крепче скрепа».