В последние годы дискуссия о соотношении международного и национального (в т.ч. уголовного) права приобрела особую остроту. Суть вопроса сводится к следующему: обязаны ли российские суды и правоприменительные органы отдавать предпочтение нормам международного права‚ если они противоречат положениям Уголовного кодекса РФ?

Конституционная пирамида: что говорит Основной закон

Конституция РФ прямо закрепляет приоритет международных договоров. Часть 4 статьи 15 гласит:

«Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила‚ чем предусмотренные законом‚ то применяются правила международного договора».

Ключевое слово здесь — «договор». Речь идёт именно о ратифицированных Россией международно-правовых соглашениях (Европейская конвенция о защите прав человека‚ Международный пакт о гражданских и политических правах и др.).

• КС РФ в постановлении № 21-П/2015 подтвердил: положения ратифицированного договора имеют приоритет даже над федеральным законом.
• Однако тот же КС указал‚ что такой приоритет не распространяется на общеизвестные принципы и нормы международного права‚ если они не зафиксированы в конкретном договоре.

Российское уголовное право: специфика отношений

Уголовный кодекс РФ — это особенная отрасль: он регулирует наиболее деликатную сферу — уголовную репрессию. Поэтому вопрос приоритета здесь решается с учетом трёх уровней:

1. Конституция РФ (ст. 15‚ 17‚ 18‚ 46 и др.)
2. Международные договоры РФ
3. Уголовный кодекс РФ и иные федеральные законы

Пример из практики:

• По делу «Кононов против Латвии» ЕСПЧ признал‚ что ретроактивное применение уголовного закона против лиц‚ совершивших преступления во время Второй мировой войны‚ противоречит принципу законности (nullum crimen sine lege). Российские суды‚ рассматривая аналогичные дела‚ должны учитывать эту позицию‚ если Россия ратифицировала соответствующий протокол;

Позиция Конституционного суда: «высшая юридическая сила»

Валерий Зорькин‚ Председатель КС РФ‚ в выступлении подчеркнул:

«Российская Конституция имеет высшую юридическую силу и прямое действие на всей территории Российской Федерации. Однако это не исключает обязанность государства соблюдать международные обязательства‚ если они не противоречат основам конституционного строя».

То есть КС РФ признаёт приоритет международного договора в пределах‚ не нарушающих основы конституционного строя (ч. 1 ст. 79 Конституции); Применительно к уголовному праву это означает:

• Если международный акт смягчает уголовную ответственность (например‚ декриминализирует деяние)‚ суд должен применить более мягкую норму.
• Если международный акт ужесточает ответственность‚ то без внесения изменений в УК РФ он не может быть применён.

Практика Верховного суда и ЕСПЧ

Верховный суд РФ в Пленуме № 21 от разъяснил:

1. Суды обязаны применять международные стандарты защиты прав человека‚ если они установлены ратифицированным договором.
2. При коллизии между нормами УК РФ и положениями Европейской конвенции суд должен:
   • использовать приоритет Конвенции;
   • обратиться в КС РФ‚ если считает‚ что применение Конвенции противоречит Конституции.

Пример: В 2023–2025 гг. суды РФ массово пересматривали дела о «неправомерном обогащении» (ст. 285.1 УК РФ) после решения ЕСПЧ «Сергей Магницкий и другие против России»‚ признавшего норму о неправомерном обогащении слишком расплывчатой. В результате ст. 285.1 была упразднена Федеральным законом от № 74-ФЗ.

Когда международное право «не работает»

Исключения из правила приоритета возможны‚ если:

• Россия не ратифицировала соответствующий международный акт (например‚ Римский статут МУС).
• КС признал невозможность исполнения решения международного органа (см. постановление КС № 12-П/2022 по делу о компенсации акционерам ЮКОСа).
• Норма международного обычая противоречит «основам правопорядка» РФ (ч. 1 ст. 79 Конституции).

Что делать юристу на практике

1. Проверить‚ ратифицирован ли договор.
2. Сравнить нормы: если договор смягчает уголовную репрессию — применить договор.
3. При коллизии, мотивировать решение ссылками на Конститцию‚ договор и ЕСПЧ.
4. Если есть сомнения‚ обращаться в КС РФ по процедуре конституционного контроля.

Да‚ нормы международного права имеют приоритет перед нормами российского уголовного права‚ но только при соблюдении трёх условий:

• норма закреплена в ратифицированном договоре;
• она не противоречит основам конституционного строя;
• КС РФ не вынес специального постановления о невозможности её применения.

Таким образом‚ российский правоприменитель должен быть готов к «двухуровневому» анализу: сначала — проверка на ратификацию и совместимость с Конституцией‚ затем — прямое применение международной нормы или обращение в КС РФ в случае коллизии.