Среди множества разделов общей теории судебной экспертизы (ОТСЭ) именно вопрос о её предмете и границах‚ обозначенный С.Ф. Бычковой как «спорный блок»‚ на протяжении последних трёх десятилетий вызывает наиболее оживлённые дискуссии. В 2026 г. этот дискурс приобрёл новое звучание: в условиях стремительного развития цифровых технологий‚ нейромоделирования и комплексных междисциплинарных исследований границы экспертного знания вновь оказываются «размытыми».
Почему именно этот блок стал «спорным»?
Историко-научные основания
С;Ф. Бычкова в работах 1994–2002 гг. обозначила три составляющих ОТСЭ:
- общефилософские (понятие экспертного знания‚ его онтологический и гносеологический статус);
- организационно-правовые (механизмы назначения‚ ответственность‚ статус учреждений);
- методико-технологические (принципы‚ методы‚ средства исследования).
Каждая из этих «трёх опор» имела собственные школы и концепции‚ однако область пересечения (что именно является «общим» для любого вида экспертизы) оказалась «зоной напряжённых коллизий».
Системные противоречия
- Юридический vs. естественнонаучный дискурсы: юристы требуют доказательной строгости‚ естественники, признания особенностей эмпирического исследования.
- Универсализм vs. практическая специфика: стремление к единой методологии сталкивается с необходимостью учёта специфики (например‚ судебно-психиатрической).
- Статика vs. динамика: теория фиксирует «общие закономерности»‚ тогда как практика требует гибкого реагирования на новые виды объектов (NFT-артефакты‚ CRISPR-геномные данные и пр.).
Современные позиции в споре о предмете ОТСЭ
Позиция «широкого предмета»
Е.Р. Россинская (2025) предлагает расширить предмет ОТСЭ до «целостной судебно-экспертной деятельности»‚ включая:
- процессуальные аспекты назначения;
- правовое регулирование экспертного статуса;
- этические основания экспертного вывода.
Такой подход фактически отменяет границу между криминалистикой и экспертологией‚ превращая ОТСЭ в «надотраслевую метадисциплину».
Позиция «узкого предмета»
А.В. Мишин (2023) настаивает на ограничении предмета исключительно «методологическими основаниями выработки экспертного знания». Всё‚ что касается процессуального и организационного‚ относится к смежным дисциплинам. При этом:
- исключаются этико-правовые основания;
- акцентируется внимание на логике формирования экспертной гипотезы;
- размывается различие между «экспертной методикой» и «экспертной методологией».
«Интегративный компромисс»
Бычкова (последняя редакция 2025 г.) предлагает «три слоя»:
| Слой | Содержание | Критика |
|---|---|---|
| Мета-уровень | онтология экспертного знания | «слишком абстрактно» (Е.И. Галяшина) |
| Средний уровень | общие методологические основания | «не решает проблему специфики» (В.А. Юматов) |
| Практический уровень | универсальные алгоритмы исследования | «искусственно отделяет экспертизу от процесса» (Е.Р. Россинская) |
Ключевые точки напряжения в 2026 г.
Проблема «цифрового следствия»
Киберэкспертиза (анализ блокчейн-транзакций‚ deepfake-видео) требует одновременно:
- юридического знания (процессуальный порядок изъятия данных);
- технического знания (принципы криптографии‚ ИИ-моделей);
- лингвистического знания (семантика метаданных).
Вопрос: что из этого принадлежит предмету ОТСЭ? Ответы расходятся от «всё» (Россинская) до «только логика вывода» (Мишин).
Нейрореабилитация и судебно-психиатрические экспертизы
Использование BCI-интерфейсов (brain–computer interface) при проверке вменяемости ставит под сомнение «универсальный алгоритм»:
- невозможно отделить «медицинский факт» от «юридической оценки»;
- меняется само понятие «экспертный вывод» (он становится «прогнозом вероятного поведения»).
Проекты выхода из «спорного блока»
Парадигма «динамических границ»
В 2025–2026 гг. группа исследователей (МГУ им. Ломоносова‚ РГНУ) предложила считать предмет ОТСЭ контекстуально-зависимым:
- для «традиционных» объектов (почерковедение) действуют «узкие» критерии;
- для «новых» объектов (NFT-токены‚ CRISPR) — «расширенные».
«Принцип комбинаторного ядра»
С.Ф. Бычкова (2026) формулирует три неприкосновенных элемента‚ которые всегда должны быть в предмете ОТСЭ:
- обоснование достоверности экспертного знания (логико-эпистемологический критерий);
- алгоритмизация исследования (универсальный‚ но гибкий);
- критерии допустимости экспертного вывода в правовом поле.
Всё остальное относится к «периферийным зонам»‚ которые могут быть включены или исключены в зависимости от вида экспертизы.
На 04 июля 2026 г. на повестке дня стоит новая редакция Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». В нём предлагается ввести:
- «цифровые статусы» экспертов (в т.ч. AI-ассистентов);
- «динамические» методики (обновляемые каждые 12 месяцев);
- «международные досье» экспертов (для трансграничных дел).
Именно спорный блок — предмет ОТСЭ — станет ключевым фактором‚ который определит‚ какие нормы войдут в закон‚ а какие останутся предметом дискуссий на ближайшие годы.