Дата подготовки статьи: 04 июля 2026 г., 13:49 (Europe/Moscow)
Конституционные права и свободы человека и гражданина, это не абсолютные категории. Они могут быть ограничены, но только в строго определённых пределах и на основании прямо установленных федеральным законом целей. Российская юридическая наука последних десятилетий активно исследует ту тонкую грань, где правомерное ограничение превращается в фактическое отрицание прав. Одним из систематизирующих исследований стала работа Д.Г. Назарова, в которой автор предлагает целостный взгляд на конституционные основания, пределы и механизмы ограничения прав и свобод.
Конституционная матрица: где в Конституции РФ «спрятаны» ограничения?
Основные статьи-«якоря»
- Статья 55 ч. 3 Конституции РФ прямо формулирует:
«Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства».
- Статья 56 вводит институт чрезвычайного положения и особых мер, позволяющих временно сужать объём прав и свобод при чрезвычайных обстоятельствах.
- Статья 19 ч. 1 декларирует: «Все равны перед законом и судом», формируя тем самым принцип соразмерности любого ограничения.
Полный перечень целей ограничения
- Защита основ конституционного строя РФ.
- Охрана нравственности, здоровья, прав и интересов других лиц.
- Обеспечение обороны страны и безопасности государства.
Назаров подчёркивает: любые иные мотивы (например, экономическая целесообразность или «профилактика» будущих правонарушений) вне перечня ст. 55 ч. 3 Конституции РФ недопустимы.
Три типа ограничений: классификация Д.Г. Назарова
| Тип | Формулировка Назарова | Пример |
|---|---|---|
| Общие (статические) | Единые для всех граждан, закреплённые в федеральных законах (например, возрастные ограничения). | Возрастной ценз на участие в выборах (ст. 32 Конституции РФ). |
| Специальные (динамические) | Вводятся временно, целевым актом, в условиях чрезвычайных обстоятельств. | Комендантский час в зоне ЧС или ограничения на передвижение при эпидемии. |
| Абсолютно неприкосновенные | Права, не подлежащие ограничению ни при каких обстоятельствах (право на жизнь, запыт на пытки). | Ст. 21 Конституции РФ: «никто не должен подвергаться пыткам…» |
Критерии допустимости ограничений: тест Назарова
Д.Г. Назаров предлагает четырёхшаговую проверку любого законодательного ограничения:
- Нормативность: норма должна быть принята исключительно федеральным законом, а не подзаконным актом.
- Целевая обусловленность: цель должна быть явно указана в самом законе и совпадать с перечнем ст. 55 ч. 3.
- Необходимость и пропорциональность: ограничение должно быть наименее тягостным способом достижения цели (принцип ultima ratio).
- Временные рамки: если речь о ЧС, ограничение действует ровно столько, сколько длится чрезвычайная ситуация.
Судебная практика: как Конституционный Суд РФ «смягчает» законодательные инициативы
Постановление Пленума ВС РФ № 21 от
Суд напоминает: «При оценке конституционности ограничений прав и свобод необходимо исходить из принципов правового государства и соразмерности».
Дело «Южное» (2018 г.)
- Факт: введение обязательной «паспортной» регистрации в гостиницах для всех граждан.
- Позиция КС РФ: мера признана частично неконституционной, поскольку не доказана её необходимость для безопасности и не обеспечен принцип пропорциональности.
Международные стандарты: ЕСПЧ и «русский акцент»
Статья 15 Европейской конвенции о правах человека (ЕКПЧ) вводит механизм дерогации (derogation), временный отказ от части обязательств в условиях чрезвычайного положения. Назаров показывает: Россия, ратифицировав ЕКПЧ, тем не менее:
- использует дерогацию крайне экономно;
- предпочитает «встроенные» ограничения через национальное законодательство (п. «а» ст. 55 Конституции РФ).
Проблемные зоны 2025–2026 годов
Цифровой след и персональные данные
Алгоритмические решения и автоматические санкции
Использование ИИ-систем для выявления «экстремистских» материалов (ФЗ-149 в ред. 2026 г.) ставит вопрос: кто несёт ответственность за ложное ограничение свободы выражения? Назаров рекомендует:
- жёсткий аудит алгоритмов;
- обязательное «человеческое» подтверждение блокировок;
- судебный контроль за каждым случаем.
Ограничение прав и свобод допустимо только в том случае, если:
- Оно введено федеральным законом;
- Оно строго соответствует одной из целей, перечисленных в ст. 55 ч. 3 Конституции РФ;
- Оно является наименьшим необходимым средством;
- Оно временно и обратимо, если связано с чрезвычайными обстоятельствами;
- Оно подлежит судебному контролю и может быть оспорено каждым гражданином в Конституционном или Верховном Суде РФ.
«Свобода кончается там, где начинается свобода другого, но никак не раньше» — так эпиграфом к своей монографии завершает Д.Г. Назаров анализ, подчеркивая: без этой границы не будет ни прав, ни правового государства.
© 2026, подготовлено на основе анализа трудов Д.Г. Назарова и открытых источников КиберЛенинки