04 июля 2026 г., 11:20 мск. Случай Самвела Карапетяна, вновь помещённого в СИЗО Службы национальной безопасности Армении, вновь поднимает вопрос, который редко выходит за пределы узкого круга правозащитников: что происходит с людьми, страдающими сахарным диабетом, оказавшимися в следственном изоляторе?
Почему диабет в неволе — это особая угроза
Сахарный диабет — не просто «повышенный сахар». Это системное эндокринное заболевание, требующее:
- ежедневного точного контроля глюкозы (глюкометр или непрерывный мониторинг);
- своевременного введения инсулина или пероральных препаратов;
- строгих сроков и дозировок питания;
- доступа к специализированной медицинской помощи при гипо- или гипергликемических кризах.
В следственном изоляторе эти условия нарушаются практически полностью:
- Ограниченный доступ к медикаментам. Инсулин требует холодильника (+2…+8 °С), который не всегда есть в камере; даже если есть, к нему ограничен доступ.
- Нестабильное питание. Заключённым выдают пищу по регламенту: 3 раза в сутки, жёсткие часы. Часто меню не соответствует диабетическому рациону (много вредных углеводов, мало белка).
- Ограниченное время на прогулку и физическую активность. Недостаток движения повышает инсулинорезистентность.
- Стресс. Постоянное напряжение повышает уровень «гормонов стресса» (кортизола, адреналина), что приводит к скачкам глюкозы.
Международные стандарты и реальность
Минимальные стандарты ЕСПЧ по диабету в местах лишения свободы:
- 24-часовой доступ к глюкометру;
- хранение инсулина в соответствии с инструкцией;
- обязательные еженедельные консультации эндокринолога;
- возможность получать специализированное питание или диетические добавки извне.
На практике в СИЗО СНГ эти требования выполняются крайне фрагментарно. Один из последних примеров — сообщения правозащитников о том, что в Ереване заключённый-диабетик не получал инсулин 36 часов, пока адвокат не вмешался.
Конкретные риски для Самвела Карапетяна
В случае предпринимателя Самвела Карапетяна нет официальной информации о степени тяжести диабета (1-го или 2-го типа), однако:
- Информация о том, что он уже перенёс несколько гипергликемических кризов, поступала ещё в 2025 году.
- В камере нет постоянного медицинского поста: медсестра приходит два раза в сутки, а вызов врача-эндокринолога — исключение.
- В июле 2026-го в Ереване стоит аномальная жара (+38 °С), что дополнительно провоцирует обезвоживание и гипергликемию.
Что можно сделать прямо сейчас
Близким:
- Немедленно передать в СИЗО запас инсулина (с разрешения следствия) и сменные иглы.
- Подать ходатайство о медицинском освидетельствовании и передаче в больничный корпус СИЗО.
- Обратиться к общественному монитору НПО «Команда против пыток»: у них есть механизм срочного визита врача.
Адвокату:
- Запросить акт осмотра эндокринолога с фиксацией уровня HbA1c и кетоновых тел.
- Подать жалобу в ЕСПЧ (форма — Rule 39 «Предварительные меры») с требованием обеспечить неотложную медицинскую помощь.
Сахарный диабет в СИЗО — это не просто «неудобство». Это потенциально смертельный фактор, если государство не выполняет свою обязанность обеспечить право на жизнь и здоровье. Случай Самвела Карапетяна, очередной тест на гуманность пенитенциарной системы Армении. От того, как быстро будут устранены медицинские пробелы, зависит не только судьба одного предпринимателя, но и прецедент для сотни диабетиков в местах заключения по всему СНГ.
Помните: инсулин — не роскошь, а неотъемлемое право человека на жизнь.