Фраза из письма заключённого, которое разошлась в мессенджерах и соцсетях, стала метафорой всей системы: отсутствие элементарных условий гигиены, унизительные процедуры, невозможность получить медицинскую помощь. 04 июля 2026 года Минюст России представил проект новых Правил внутреннего распорядка СИЗО, который должен раз и навсегда покончить с такими «саратовскими петухами». Разбираемся, какие именно изменения предлагают чиновники и почему эксперты пока осторожно называют их «бумажной революцией».
Три главных болевых точки старого режима
- Унижение достоинства. Досмотры с полным обнажением, отсутствие перегородок в туалете, клопы и мыши в камерах, всё это неоднократно становилось предметом жалоб в ЕСПЧ.
- Медицина «по остаточному принципу». Каждый третий арестант не может получить назначенные препараты, а врач в среднем появляется один раз в две недели.
- Изоляция от внешнего мира. Записаться на свидание с адвокатом или родственниками можно только через «живую» очередь, которую регулируют сотрудники ФСИН.
Что предлагает Минюст: по пунктам
Комфорт и гигиена
• Туалеты в кабинах. В каждую камеру поставят закрытый пластиковый бокс-туалет с вытяжкой;
• Душ два раза в неделю. Беременные, инвалиды и матери с детьми смогут мыться ежедневно.
• Разрешение лежать днём. Утренний осмотр сдвигается на 8:00–9:00, ночной сон — минимум 8 часов.
• Личные вещи. До 10 книг, фотографии, термобельё, пластиковые контейнеры для еды и кипятильник можно будет оставлять в прикроватной тумбочке.
Медицина
- Электронная запись к врачу через терминал в коридоре.
- Месячный запас лекарств личного приёма — можно хранить в камере.
- Консультации частных специалистов, если бесплатная помощь недоступна.
- Выписки из медкарт выдают на руки — впервые за всю историю системы.
Право на защиту и связь
• Электронная очередь адвокатов. Система фиксирует время визита и блокирует «произвол» следователя.
• Кабинеты для конфиденциальных свиданий — звукоизолированные, но с визуальным контролем.
• Копирование материалов дела прямо в СИЗО без выезда в суд.
Духовная и физкультурная жизнь
- Допуск священников любых конфессий без оплаты.
- Спортзалы и секции, обязательный час тренировок для несовершеннолетних.
- Религиозные праздники с разрешением куличей и варёных яиц.
Досмотр без раздевания
Теперь обыск проводится сканерами и рамками металлоискателей. Если всё же нужно снять одежду — процедура проходит за ширмой, без видеосъёмки.
Почему эксперты не торопятся радоваться
Финансовая дыра
Московские СИЗО получили новые сканеры ещё в 2024 году, а в регионах до сих пор используют «ручной» метод. На установку одного оборудованного туалета требуется минимум 70 000 рублей, а всего в стране 235 следственных изоляторов.
Человеческий фактор
«Система привыкла использовать режим как кнут и пряник», — говорит адвокат Светлана Мальцева. Если администрация СИЗО не хочет пускать врача к заключённому, она просто «сломает» терминал или отключит электричество.
Законодательный лаг
Некоторые нормы потребуют изменений в ФЗ «О порядке оказания медицинской помощи» и «О персональных данных». Пока этих законопроектов даже нет в повестке Госдумы.
«Саратовский кал за петухами» — когда закончится?
Андрей Бабушкин, почётный председатель ОНК Москвы, считает: «Чтобы убрать кал, надо убрать саму систему, в которой человек превращён в объект эксплуатации». Однако реформа — первый шаг к этой цели.
Эксперты выделяют два сценария:
- Оптимистический. Минюст выделит 12–15 млрд рублей на 2027–2029 годы, а ФСИН введёт KPI для руководителей СИЗО: количество жалоб в ЕСПЧ и прокуратуру станет критерием премирования.
- Пессимистический. Поправки застрянут в «долгом ящике»: деньги пойдут на «обеспечение безопасности» вместо туалетов, а администрация потеряет «рычаг давления», поэтому будет саботировать новации.
Новые правила — это не волшебная палочка, а тест на зрелость государства. Либо Россия закроет очередное «дело ЕСПЧ» о пытках в СИЗО, либо очередное поколение заключённых продолжит писать: «А сейчас убираю кал за петухами».
История знает примеры: когда в 2013 году Финляндия ввела «открытые тюрьмы» с приватными туалетами и микроволновками, уровень рецидива упал на 18 %. Станет ли Саратов новым Хельсинки? Ответ зависит не от бумаги, а от людей, которые эту бумагу будут подписывать и исполнять.