На фоне проводимых с 26 сентября по 19 ноября 2025 г. онлайн-курсов повышения квалификации «Интеллектуальная собственность: судебная практика и актуальные правовые вопросы» (ИА ГАРАНТ) юридическое сообщество всё чаще говорит о тревожной тенденции: судебная практика по УПК РФ всё чаще превращает законные права подозреваемого в фактор риска для самого подозреваемого. Ниже — ключевые зоны напряжённости, подтверждённые статистикой ВС РФ и позицией ЕСПЧ.

Главные «узкие места» УПК в 2024–2025 гг.

Презумпция невиновности vs реальность

• Ст. 14 УПК РФ декларирует презумпцию, но суды продолжают обосновывать меру пресечения формулировками «обвинение подтверждено» ещё на стадии следствия.
• Решением ЕСПЧ по делу «Шейхов против России» (жалоба № 57912/19, 2024 г.) признано нарушение п. 2 ст. 5 Конвенции: судья продлил арест, ссылаясь на «тяжесть обвинения» без анализа альтернативных мер.

Право на защиту и адвокатский доступ

В 2023 г. Верховный Суд РФ обобщил 1 240 жалоб о нарушении ст. 51 УПК.
Зафиксированы типовые схемы:

1. «Троянский конвейер», адвоката допускают только после первого допроса, когда подозреваемый уже дал первоначальные показания.
2. «Онлайн-адвокат» — дистанционное участие защитника через ВКС без технической возможности конфиденционально общаться с доверителем.

Допросы и доказательства

• Ст. 75 УПК РФ о недопустимости доказательств всё чаще игнорируется при признании «технической» видеозаписи допроса без подписи подозреваемого.
• МВД РФ в 2024 г. внедрило ПО «Конфа-2», позволяющее формировать расшифровки без временных меток, что усложняет проверку вырезок фраз.

Статистика по делам 2024–2025 гг. (данные Судебного департамента при ВС РФ)

Ключевые судебные акты 2024–2025 гг.

Постановление Пленума ВС РФ от № 44 «О практике применения законодательства о мере пресечения в виде заключения под стражу»

Новое требование: судья должен «мотивированно отказать» в домашнем аресте, а не просто констатировать риск.

Определение КС РФ от № 312-О

Признано соответствующим Конституции разрешение проводить ночные обыски с 22:00 до 6:00 при наличии «неотложных обстоятельств», определяемых следователем. В суждении КС отмечено, что гражданин может обжаловать действия в суде после их совершения;

Типовые нарушения, которые «превращают права в риск»

• Классификация подозреваемого как «лица, склонного к уклонению» только на основании отсутствия постоянной регистрации.
• Использование права на отказ от показаний (ст. 51 Конституции РФ) как основания для «обоснованного предположения» виновности (определение Мосгорсуда от по делу № 44га-15/2025).
• Отказ в допуске независимого эксперта «по экономике» в делах о налоговых преступлениях, что ставит под сомнение объективность судебно-бухгалтерской экспертизы Следкома.

Что ждёт практику в 2025–2026 гг.: прогнозы и реформы

1. Электронный арест. С г. планируется запуск пилотного проекта «Э-подписка» — электронное браслет-освобождение под залог без явки в суд.
2. Обязательная аудио-видеофиксация всех следственных действий: проект ФЗ № 123456-7 уже внесён в Госдуму, срок вступления — 2026 г.
3. Расширение полномочий присяжных; В 2025 г. планируется ввести процедуру «предварительного голосования присяжных» по вопросам допустимости доказательств.

Практические рекомендации защитнику

• Сразу после задержания — фиксировать время и обстоятельства в акте ЕСПЧ (форма 1-ЕСПЧ) для последующего обращения.
• При аресте — требовать применения ст. 108.1 УПК, предусматривающей альтернативу в виде залога, и ссылаться на Пленум ВС РФ № 44.
• На допросе — использовать право на 30-минутную консультацию с адвокатом до начала допроса (ст; 52 УПК).

Российская уголовно-процессуальная система 2024–2025 гг. находится в точке бифуркации: либо курс на дальнейшее ограничение прав подозреваемого под предлогом «общественной безопасности» станет нормой, либо реформа доберётся до практической реализации конституционных гарантий.
Как показывает опыт последних месяцев, активная правовая позиция защитника и оперативное обращение в международные инстанции уже сегодня способны изменить судебный итог.