04 июля 2026 г․, 10:05

В России XX–XXI вв․ слово «колдун» оказалось на пересечении сразу трёх разных сфер:

1. этнографии и антропологии, где под колдовством понимают локальные практики взаимодействия с невидимым;
2. уголовного права, в рамках которого магические услуги могли квалифицироваться как мошенничество;
3. массовой культуры, постоянно трансформирующей образ чародея в «экстрасенса» или «парапсихолога»․

Поэтому «розыск колдуна» — это не только сюжет криминальной хроники, но и методологическая задача: как соединить полицейскую картотеку, антропологическое полевое досье и народную мифологию?

Оперативная база данных: с фотолюбителя до дактилоскопии

От досье царской жандармерии к советскому Центророзыску

Согласно материалам «Перерождённого революцией», после 1917 г․ советский угрозыск:

• создал регистрационное бюро для учёта «фокусников-фальшивомонетчиков»;
• впервые внедрил дактилоскопическое бюро, куда попадали пальцы цыган-гадалок и «профессоров» гипноза;
• оснастил экспертов кабинетом судебной экспертизы, где изучали поддельные амулеты и «порчу-солевые круги»․

Таким образом, само слово «колдун» фиксировалось в картотеке как вид специализации преступника, а не как описание магической идентичности․

Современные цифровые технологии

Сегодня алгоритмы распознавания лиц, описанные Медиа Нетологии, позволяют:

• отыскивать «экстрасенсов-рецидивистов» на записях с камер метро;

• сопоставлять фото участников «Битвы экстрасенсов» с базами МВД;

• выявлять подозрительные «магические кружки» в соцсетях по паттерну массовых переписок с клиентами․

Полевой антропологический «розыск»

Метод включённого наблюдения О․Б․ Христофоровой

В книге Христофоровой О;Б․ «Колдуны и жертвы» (2010) показано, что:

• воспринимаемые как «колдуны» старики на самом деле информанты, которые лишь изредка упоминают о магии;
• «колдовская рефлексия» занимает малую толику в их повседневном мировоззрении;
• включённое наблюдение «играет против исторической правды», потому что сужает объект до случайного совпадения признаков․

Шаманский «сыск» в Сибири XIX в․

По данным Wiki-текста «Колдуны, колдовство и оборотни»:

• «камлание» шамана включало гипноз, бубен, чревовещание и поиск пропавших людей;

• в задачи шамана входил не только экзорцизм, но и оперативное установление обстоятельств исчезновения;

• следовательно, «розыск» как таковой изначально был встроен в ритуал, а не существовал отдельно от него․

Колдуны в СССР: между лабораторией и лагерем

Публикации «Русской семерки» (2025) выявляют парадокс:

1. Криминализация: по статье за «мракобесие» реально сажали․
2. Научный интерес: Академия наук СССР в 1960-е финансировала экспедиции за «биополями» колдунов․
3. Практика: в 1980-е криминалисты использовали «экстрасенсов» как оперативный источник версий в поиске пропавших детей․

Таким образом, «розыск колдуна» в советскую эпоху двоился: официально — это пресечение мошенничества, неофициально — привлечение «специалистов по невидимому» в следственные эксперименты․

Современные кейсы: когда ищут не колдуна, а его след

«Три смерти в роду» из «АиФ» (2025)

Экстрасенсы приехали на кладбище, чтобы:

• установить магическую причинность трёх смертей;

• зафиксировать «энергетические следы» для передачи в СК;

• снять «порчу» на потомство․

Фактически, был проведён гибридный розыск: полицейские собирали биоматериалы, «экстрасенсы» — «астральные отпечатки»․

Кибер-розыск в Telegram-каналах

Сегодня «колдун» оставляет цифровые следы:

• QR-коды на амулетах, ведущие на закрытые каналы;
• геометки в мессенджерах, по которым киберполиция строит маршрут перемещений;
• нейросети, которые по текстам гадания определяют, где человек планирует «снять порчу»․

Методологическая рекапитуляция: как «найти» колдуна?

«Розыск колдуна» в конечном счёте воспроизводит саму границу между видимым и невидимым, между досье и мифом․ Всякий раз, когда оперативник или антрополог выходит «на след», он делает выбор: обратить магию в доказательство или доказательство в магию․ История показывает: чёткая граница возможна лишь тогда, когда оба языка — полицейский и магический — остаются в диалоге, а не в подавлении друг друга․

Материал подготовлен по состоянию на ․ Использованы открытые источники: КиберЛенинка, Wiki-текста, публикации «Русской семерки», «АиФ», «5-tv․ru» и др․