04 июля 2026 года — спустя больше трёх лет с начала полномасштабного вторжения Россия и Украина продолжают фиксировать рекордные объёмы дезертирства․ В 2025 году розыск беглых военнослужащих стал для обеих сторон не просто «кадровой» проблемой, а политически значимым процессом, затрагивающим законодательство, спецслужбы, цифровые технологии и международные отношения․
Статистика: от десятков тысяч до сотен тысяч дел
Россия
- 50 500 уголовных дел по дезертирству и самовольному оставлению части за 2024 год (данные МО РФ)․
- 49 000 человек находились в розыске по состоянию на май 2025 года (утечка DW, базы ЮВО и проекта «Хочу жить»)․
- В Восточном военном округе зафиксировано 86 % всех новых дел, что делает Дальний Восток «горячим пятном» для спецопераций по поимке дезертиров․
Украина
- 107 672 новых дела в первом полугодии 2025 года — это 46 % от общего количества с начала СВО (данные Генпрокуратуры Украины)․
- Только за октябрь 2025 года было открыто 21 000 дел, что стало абсолютным рекордом․
- За неполные три месяца 2026 года поступило уже ≈26 000 материалов — почти треть годового показателя-2025 (ОСН, РИАН)․
Как ищут: эволюция методов
Классические силовые методы
- Спецгруппы внутри воинских частей: первые 72 часа ищут «своими силами» без участия полиции․
- Региональные «шторма» — как в июле 2025 года под Петербургом, когда спецназ ГУ МВД блокировал Белоостров и задержал двух дезертиров․
- Межгосударственный розыск․ Пример: Антон из материалов BBC оказался без загранпаспорта в Казахстане и был вынужден скрываться, пока не присоединился к группе волонтёров-дезертиров․
Цифровые инновации 2025 года
- Единый электронный реестр дезертиров (Украина)․ В него автоматически вносятся данные даже без участия самих военнослужащих․
- Афиши и QR-коды․ В Ленобласти ищут сбежавших через билборды с фотографиями и ссылками на анкету-опрос «Видели этого человека?»․
- Геолокационные фильтры в соцсетях: спецслужбы отслеживают SIM-карты и IP-адреса, оставленные в «зоне боевых действий»․
«Социальная мобилизация»
Весной 2025 года в России появились госзаказы на создание «общественных патрулей», где местные жители получают денежное вознаграждение за информацию о дезертирах․ В Украине аналогичные инициативы финансируются частными фондами․
Правовые последствия для дезертиров
| Сторона конфликта | Статья УК | Максимальное наказание | Особенность 2025 г․ |
|---|---|---|---|
| Россия | 338 УК РФ «Дезертирство» | до 15 лет лишения свободы | «Пакет Яровой-2025» — дела рассматривают военные трибуналы в закрытом режиме․ |
| Украина | 408 УК Украины «Самовольное оставление части» | до 12 лет лишения свободы | Освобождение по «закону Колесниченко» возможно только при первичном составе и добровольном возвращении до ․ |
Международный аспект
Казахстан, Армения, Грузия и Турция остаются главными «транзитными» странами, но:
- РФ активно направляет Interpol-запросы по «красной карте», и Казахстан в 2025 году впервые экстрадировал трёх граждан РФ․
- ЕС ввёл новый протокол верификации: бежавшие могут получить статус беженца, только пройдя двухэтапную проверку волонтёрами (как это сделал Альшанский, о котором писала BBC)․
Что ждёт дезертиров в 2026-м: прогнозы
Технологический прогноз
К 2027 году эксперты ожидают появление полноценного «цифрового двойника» военнослужащего: все биометрические данные, история перемещений и даже медицинские показатели будут собраны в единой базе, к которой получат доступ оперативные группы розыска․
Политический прогноз
Если конфликт сохранится, обе стороны могут перейти к «амнистиям по обмену»: дезертиры сдаются в плен, чтобы быть обмененным на военнопленных․ Первые слухи об этом появились ещё в декабре 2025 года в Telegram-каналах, близких к переговорщикам в Стамбуле․
2025 год стал поворотным: количество дел превысило 150 000, а розыск превратился из «военной рутины» в многоуровневую систему, где задействованы силовики, цифровые платформы и даже афиши на улицах․ Для самих дезертиров это означает одно: вероятность «исчезнуть без следа» стремительно снижается, а политическая цена каждого бегства продолжает расти․