На этот раз — бывший оперативник ОМВД России по городу Уссурийску, а также старший оперуполномоченный из Москвы и
экс-сотрудник из Ростова-на-Дону. Все трое обвиняются по нескольким статьям УК РФ, в т.ч. превышение должностных полномочий,
получение взяток и фальсификация доказательств. Мы поговорили с Андреем К. (имя изменено по требованию редакции) —
человеком, который 22 года проработал в уголовном розыске, чтобы разобраться, почему система кровно избивает собственных «слуг закона».
«Мы были безнаказанны. И это нашу гордыню раздуло до небес»
, Андрей, вы ушли из органов в 2022-м. Через два года ваш коллега из Уссурийска оказался под арестом. Как вы это прокомментируете?
, Это логичный конец того пути, который система выбрала ещё в середине 2000-х. Тогда впервые стало возможным «закрывать глаза»
на нарушения, если результат операции «вписывался в план». Сначала это касалось мелочей: несанкционированный обыск, незаконный
прослушивание. Потом, подброс улик, шантаж задержанных, силовой «выбивание» признаний. Каждый раз нас покрывали: «Ради общественной
безопасности можно и преступить». А безнаказанность порождает вседозволенность.
Ключевые факты по делам последних месяцев
- Уссурийск, март 2026. Бывший оперуполномоченный обвиняется по ст. 286 УК РФ (превышение должностных полномочий) и ст. 159 УК РФ (мошенничество). По версии следствия, он подделал материалы ОРМ, чтобы «отжать» бизнес местного предпринимателя.
- Москва, май 2026. Старший оперуполномоченный арестован за получение взятки в 5 млн рублей. Деньги предназначались за «замять» дела о наркотрафике.
- Ростов-на-Дону, июль 2026. Суд приговорил бывшего сотрудника УР к 9 годам колонии за фальсификацию доказательств по громкому делу об убийстве.
«Когда начинаешь играть в «бога», рано или поздно сталкиваешься с тем, кто сильнее»
, Какие именно механизмы порождают коррупцию в уголовном розыске?
— Три столпа: закрытость, непрозрачность и премиальная система.
- Закрытость. Оперативно-розыскная деятельность (ОРД) почти не подлежит внешнему контролю. Даже прокуратура видит лишь «чистовик», готовые протоколы. А как они получены, остаётся за кадром.
- Непрозрачность. Служебные проверки внутри МВД проводят коллеги, которые заинтересованы сохранить «показатели» подразделения. Независимый аудит невозможен.
- Премиальная система. Внедрённые в 2014 году KPI: раскрываемость, количество задержаний, объёмы изъятых наркотиков. Если план не выполнен — зарплата падает на 40–60 %. Люди идут на всё, лишь бы «закрыть цифру».
«Я сам подделывал экспертизы. Просто ставил нужную подпись»
— Можете привести конкретный пример?
— Дело 2021 года. Подозреваемый в серии краж на юге Приморья. Доказательств не было, но «на земле» он нам врал в лицо.
Мы подменили образцы крови на месте преступления, чтобы ДНК-экспертиза «сошлась». Сначала я думал, что это единичный случай,
но коллеги сказали: «Это стандарт». Через два года тот же человек сел по «сфабрикованному» делу. Я до сих пор не сплю по ночам.
Как изменить систему: рекомендации бывшего оперативника
- Внешний контроль. Создание независимой комиссии при Следственном комитете, в которую войдут представители общественности, журналисты и юристы.
- Открытые данные. Публикация статистики по всем оперативным мероприятиям в формате open-data: кто, когда, с каким результатом.
- Отказ от KPI. Переход к оценке качества расследований: количество оправдательных приговоров, жалоб правозащитников, пересмотренных дел.
- Технологии. Внедрение полицейских body-cam на всех этапах ОРМ. Видео хранится в облаке и доступно защите и суду.
«Пока в системе не появится страха быть наказанным, коррупция будет цвести»
— Есть ли надежда на улучшение?
— Надежда есть, но она не в руководстве МВД, а в обществе. Когда журналисты и правозащитники начнут системно «отсматривать»
каждое громкое дело, когда судьи перестанут «закрывать глаза» на нарушения, тогда и изменится культура. Пока же, к сожалению,
мы продолжаем выращивать новых «геров» с погонами и без совести.
Послесловие редакции
С момента нашего разговора прошла неделя. Вчера стало известно, что Следственный комитет возбудил ещё одно дело — уже в отношении
двух оперативников из Краснодара. Возможно, тот самый «страх быть наказанным» всё-таки начинает формироваться.
Остаётся только следить, чтобы этот страх стал законным, а не очередной маской для новых злоупотреблений.