Тираспольский уголовный розыск, это не просто структура, а целая эпоха, отражающая судьбу Приднестровья.
от советского «уголовного розыска» до современного органа, противостоящего транснациональной преступности.

От послевоенной стабильности к кризису 1991 года

1945–1980-е: «железная» структура

В первые послевоенные десятилетия тираспольский уголовный розыск входил в состав МВС Молдавской ССР.
Структура и функции ведомства практически не менялись:

• Кадры: почти 70 % сотрудников — ветераны Великой Отечественной, обладавшие боевым опытом и дисциплиной.
• Аппарат: 5 отделений — по розыску особо опасных преступников, кражам госимущества,
  экономическим преступлениям, а также лаборатория криминалистики.
• Методы: карточные архивы, графологические экспертизы, «группы быстрого реагирования» на мотоциклах М-72.

Условия были спартанскими: кирпичное здание на улице 25 Октября, без кондиционеров и компьютеров.
Тем не менее, укрепление роли в борьбе с организованной преступностью уже тогда стало приоритетом:
в 1973 году в Тирасполе был создан первый в республике отряд по борьбе с «бригадами вора в законе».

1980-е: предвестие перемен

Перестройка внесла коррективы: число «теневых» сделок выросло, появились первые наркотические сети.
В 1988 году в городе зарегистрировано 42 организованные группы, что вдвое превысило показатель 1980 года.
Розыску пришлось внедрять первые компьютеры «Агат» для ведения электронных досье.

1991 год: распад СССР и «чёрный август» для Тирасполя

С распадом СССР в 1991 году уголовный розыск оказался в юридическом вакууме.
Украинские и молдавские криминальные кланы стали активно перетягивать на себя контроль над
Приднестровской железной дорогой и портами на Днестре.

Что потерялось за одну ночь

• Финансирование: центральный бюджет исчез, зарплаты задерживались на 3–5 месяцев.
• Досье: часть архивов увезли в Кишинёв, оставив «дыры» в карточках.
• Кадры: 23 % опытных оперативников ушли в «частную охрану» или эмигрировали в Россию.

«Час Х» — создание МВС ПМР

2 сентября 1991 года на экстренном совещании в Доме Советов было решено:

1. Организовать самостоятельный Управление уголовного розыска ПМР;
2. Изъять оружие из подразделений МВД МССР, дислоцированных в Тирасполе;
3. За 72 часа сформировать новый штаб из оставшихся сотрудников и добровольцев-демобилизованных.

Именно в эти дни родилась легендарная «группа Альфа-Тирасполь», впервые применившая тактику
ночных рейдов против склада оружия на окраине города.

1990-е: криминальная «лихорадка» и становление нового розыска

Новые вызовы

• Контрабанда оружия — через Приднестровье шли пути поставок в зоны конфликтов на Кавказе.
• Фальшивые доллары — типография в Бендерах печатала до 1 млн $ ежемесячно.
• Авторитеты 90-х, «Сеймур», «Князь», «Дон» — создавали свои «общаки» и «смотрящие».

Технологический прорыв

В 1994 году тираспольский уголовный розыск первым в СНГ получил японские рации ICOM
и установил первую линию «02» на базе АТС «Квант». Это позволило сократить время реагирования
до 3–4 минут вместо прежних 15–20.

Сегодняшний день: цифровой розыск и международное сотрудничество

Современная структура

Успехи 2025–2026 годов

• Операция «Криптокат» — задержана международная сеть, отмывавшая 12 млн $ через тираспольские биржи.
• «Птица-2» — совместно с Интерполом задержаны 7 участников «чёрных трансплантологов».
• Дроны «Сокол-3» теперь используются для наблюдения за границей торговцами оружием.

Человеческое лицо: легендарные оперативники

Алексей «Хирург» Симонов

С 1992 года он провёл более 200 боевых операций. В 2024 году его группа перехватила автобус
с 40 кг героина. Симонов лично вел переговоры с вооружённым наркокурьером, не допустив жертв.

Лариса Петровна Волкова

Первая женщина-следователь в 1990-х. Именно она в 1996 году собрала улики против «бригады Князя»,
что позволило впервые осудить вора в законе на территории ПМР.

Уголовный розыск Тирасполя, это не только дежурные части и следственные кабинеты.
Это живой организм, который сумел выжить в безвременье 1991 года,
адаптироваться к цифровой эре и остаться опорой закона в непризнанной республике.
Сегодня его сотрудники продолжают путь, начатый ещё в послевоенных руинах,
доказывая, что даже в условиях неопределённости можно служить справедливости.