04 июня 2026 г. — «Судебно-психиатрическая экспертиза признала Чикатило вменяемым». Эта фраза звучала трижды: в 1991, 1992 и в самом конце процесса. Она стала последним «заключением» по делу, но первым в списке вопросов, которые до сих пор задают криминалисты и психиатры:
как маньяк, совершивший не менее 52 изуверских убийств, мог быть признан психически здоровым?
Исходные установки экспертов: «ищем психически больного»
Следствие 1980-х ждало классического «психа»: человека с маркёрами шизофрении, очевидной дезадаптированностью, безработным или маргиналом. Чикатило же:
- работал учителем инженерного труда;
- был женат, имел двоих детей;
- вёл «социально приемлемый» образ жизни, тщательно имитируя нормальность.
Эта «маскировка» стала первым шоком для криминалистов и первым поводом отнести его к категории вменяемых: отсутствие ярко выраженных внешних признаков психического заболевания было воспринято как доказательство психического здоровья.
Ошибка экспертизы с группой крови: параллельный «технический» сбой
Не только психиатры, но и криминалисты ошибались. Из-за лабораторной путаницы долгое время искали человека с неправильной группой крови. Это дало Чикатило дополнительное время и подкрепило иллюзию, что задержанный «не тот» человек.
Что показали три официальные экспертизы
Экспертиза № 1. НИИ имени Сербского (1991)
Официальное заключение: «… страдает мозаичной психопатией, однако способен отдавать отчёт в своих действиях». Диагноз формулировался как «смешанное расстройство личности с выраженными садистскими влечениями», но вменяемость сохраняется.
Экспертиза № 2. ГКБ им. Павлова (1992)
Повторное обследование подтвердило: психического заболевания нет, признаки шизоидной психопатии существуют, но они «не выходят за границу нормы». Решение: сохранить приговор в полном объёме.
Экспертиза № 3. Комиссия перед вынесением смертного приговора
Третий раз эксперты подчеркнули «сохранённый интеллект и способность к конструированию преступной стратегии». Смертная казнь была признана правомерной.
Диссонанс: что говорили «внешние» специалисты
Профессор Александр Бухановский, главный психиатр следствия по делу Чикатило, публично заявлял:
«Судебно-психиатрическая комиссия вышла за рамки клинической логики. Пациент нуждался в спецлечении, а не на эшафоте».
Бухановский настаивал на диагнозе «хроническая гомицидная шизофрения», но его мнение осталось в меньшинстве.
Как формировалось «заключение о вменяемости»
- Юридический критерий: способность осознавать общественную опасность деяний.
- Клинический критерий: отсутствие психоза в момент преступления.
- Социальный критерий: сохранённые трудовые и семейные связи.
- Политико-общественный фактор: общество требовало «справедливой казни маньяка».
Сочетание этих пунктов и привело к единому, но спорному вердикту.
Современные психиатры переформулируют диагноз Чикатило в терминах «смешанного расстройства личности с антисоциальными и садистскими чертами». Однако по законам начала 1990-х достаточным основанием для признания вменяемости было:
- отсутствие галлюцинаций и бреда;
- логичная манера совершения преступлений;
- умелое сокрытие следов.
Так родилось парадоксальное заключение: человек, совершивший жесточайшие убийства, был признан «вменяемым» и казнён 14 февраля 1994 года. Это решение стало одним из самых изучаемых примеров взаимодействия судебной экспертизы и общественного ожидания.
Ключевые источники
- Акты судебно-психиатрических экспертиз НИИ им. Сербского (1991–1992).
- Дело № 33/1992, Приговор Верховного Суда РФ.
- Публикации А. О. Бухановского в «Независимом психиатрическом журнале», 1993–2013.
- Аналитика «Коммерсантъ», цикл «Преступления прошлых лет», 2025.