04 июля 2026 г., 04:18 МСК. В Козловке (Чувашская Республика) расположена одна из самых закрытых женских исправительных колоний — ИК-5. Именно её чаще всего называют «Козловской колонией». Сегодня мы расскажем, как живут осуждённые женщины, почему три четверти заключённых попадают в колонию в возрасте от 20 до 35 лет и какие реальные истории скрываются за стенами учреждения.
История и география
Козловская колония была построена в 1970-х годах как типовое исправительное учреждение общего режима. Со временем она перепрофилирована под женские нужны: появились дом ребёнка на 25 мест, родильное отделение и производственные цеха по пошиву спецодежды. Географически колония находится в сельской зоне, что усложняет визиты родственников: добраться можно только на рейсовом автобусе или личном автомобиле.
Демография и статистика
- 75 % осуждённых попадают в колонию в возрасте от 20 до 35 лет.
- около 520 детей до трёх лет ежегодно находятся в домах ребёнка при женских колониях по всей России, из них до 40 — именно в Козловке.
- 8 % женщин прибывают в положении или становятся беременными уже в колонии.
Быт и условия
Жилые корпуса
Камеры рассчитаны на 6–12 человек. В каждой — двухъярусные кровати, тумбочки, столовая зона и санузел. Душ раз в неделю, стирка — через гладильный цех. Следить за чистотой помогают «актуальные» — заключённые, назначенные старшими по камере.
Питание
Меню соответствует нормам Минздрава, но женщины жалуются на однообразие: каши, макароны, редко, рыба или курица. При наличии денег на личном счёту можно заказать продукты из колонионного магазина: сыр, сладости, кофе.
Работа
- Пошивочный цех — спецодежда для МЧС и Росгвардии.
- Швейная мастерская — детские игрушки для близлежащих детдомов (в мае 2024 года женщины сшили 800 мягких зайцев и медведей).
- Сельхозработы — огород при колонии позволяет выращивать овощи на собственные нужны.
Семейные истории: мамы за колючкой
Дом ребёнка в Козловке — один из 13 в стране. Сюда можно оставить малыша до трёх лет. После женщина либо передаёт ребёнка под опеку родственникам, либо оформляет передачу в детдом. Одиночки рассказывают, что самым тяжёлым является момент прощания: «Его забирают, а ты стоишь за колючей проволокой и понимаешь, что даже обнять не можешь».
СВО и вербовки: мифы и реальность
С конца 2022 года в СМИ проскальзывают сообщения о вербовке осуждённых женщин в СВО. Однако в Козловке таких случаев не зафиксировано. Руководство колонии официально заявляет: «Женщины могут подать заявление, но решение принимает суд с учётом статьи и срока». На практике выход досрочно возможен только через УДО, а не через участие в боевых действиях.
Коррупционные схемы и «серые» услуги
Бывшие заключённые рассказывают, что в колонии действует рыночек:
- «Добрый выход в магазин» — 1 000–3 000 рублей.
- «Дополнительный телефонный звонок», от 500 рублей.
- «Запись на хорошую работу» — 5 000–10 000 рублей.
Администрация официально отрицает взятки, но сотрудники УФСИН признают: «Одна гнилая ягода может испортить весь каравай».
Личные истории
Юлия, 28 лет
Мечтала стать учительницей, попала за мошенничество. В колонии получила профессию швеи и готовится к УДО: «Хочу вернуться к младшей сестре, она сирота, и я единственная родная».
Мария, 34 года
Работала в городской администрации, осуждена за превышение должностных полномочий. В колонии стала «актуальной»: «Сначала было страшно, но потом поняла: порядок в камере помогает сохранить психику».
Вика, 25 лет
Дизайнер, попала за хранение наркотиков. Шьёт игрушки для детдомов: «Каждый зайчик — как терапия. Думаю, что хоть кому-то сделала теплее».
Система воспитания и психологическая поддержка
Каждая осуждённая проходит психологическое тестирование. При колонии действуют кружки самодеятельности (вокал, вязание, йога), а также курсы «Школа молодой мамы». Психологи говорят: «Главное — вернуть женщине ощущение, что она нужна хоть кому-то».
Будущее: ресоциализация и УДО
С начала 2025 года в Козловке запущен пилотный проект «Дом надежды»: заключённые, оставшиеся без родни, получают койко-место в общежитии и помощь в трудоустройстве. За полгода 12 женщин получили УДО и устроились на швейную фабрику в Чебоксарах.
Козловская женская колония — это не только стены и колючая проволока. Это микромир, где за каждой дверью — своя история. Кто-то теряет себя, кто-то находит. Главное, что даже здесь существует шанс на возвращение к нормальной жизни.